трагедийные черты.

Грустно как-то. И от этого руки опускаются, мозги закисают, и ни черта не делается.

Черт! Это заразно что ли?!

Какие-то дурацкие мысли одолевают, т.е. не мысли, а сны (исключительно "дебильноватые") и ощущения.
И странное состояние нахождения рядом с человеком. Очень.
Короче ни черта не понимаю-у-у.

*
- Все равно я никого умнее себя не найду.
- Нет, нужно, чтоб умнее был. Знал, например, зачем шпалы к земле прибивают.
- Я знаю.
...
- Когда другой поезд едет мимо, кажется, что он быстрее едет.
- Просто скорости складываются.
- Какая ты умная: и про шпалы знаешь, и про скорости.
*
Метро - крайне удобная вещь: если заблудился - иди в метро. Только там шумно очень.
*
- Девушка, хотите я вас проведу всего за двадцать рублей? - спросил меня мальчик-эмо и входа в метро.
- Знаете, пожалуй, не хочу.
*
- Зимой и надо носить именно такие вещи: красные, оранжевые - чтоб тепло было.
*
В букинистических на меня бесконечно ругались за то, что я спросила Бахтина.
*
- А у вас Бахтин Михаил Михайлович есть?
- Ох.. а что тебе нужно?
- Да что есть..
- Знаешь, Бахтин - это такой же столп, как Лотман и Сергей Сергеевич Аверинцев..
- Ну так..
- Те, кто знают Бахтина и Сергея Сергеевича, они молодцы.
*
Милый дядечка с Арбата продал мне Бахтина, подарил Аверинцева, свою книжку и расстроился, что я уезжаю в Нижний и он не успел мне подарить еще что-то там, ибо это у него дома осталось.
*
У дома А. Ф. Лосева:
- Девушка, именно для вас, вы такая красивая, у меня замечательная книга!
- Что это?
- Это философия Шивы *или кого-то другого, не поооомню*, и она учит, как держать себя в руках, это так важно, особенно в современном мире.
- *неужто у меня уже на лице написано, что я истеричка?* Давайте, вы дадите эту книжку кому-нибудь другому, а то я ж не буду читать.
- Ну ладно. А я еще пожертвования в храм собираю. Может, вам не трудно пожертвовать что-нибудь?
- Мне очень трудно.
- Тогда всего вам доброго и удачи.
- И вам того же.
*
Раньше мне думалось, что в идеале будущий-абстрактный муж должен быть математиком, теперь - что философом. На пленарке было два дивных - один кандидат философских наук и программист, другой - доктор и всяческий научный сотрудник; первый считал, что эзотерика и философия - наука, второй - нет; первый говорил гипнотезерским голосом, второй - много и эмоционально; оба - невероятны прекрасны содержанием говоримого.
*
Искусствоведы не поняли нас, нам было скучно слушать искусствоведов. Я рассказала про Шекспира, а меня спросили, знал ли Чехов античность.
*
Купила себе Гаспарова и Жирмунского, приобрела Гамсуна 1910 года издания, "Finnengans wake" Джойса, что-то там на английском Барнса, Винокура, а чудесный громаааадный том Топорова про петербургский текст остался в магазине за нехваткой денег, увы.
Еще купила Бахтина - о Рабле со всеми материалами к работе и пр., - 1й полутом 4го тома. В подобных случаях никогда не могу понять, куда деваются остальные части заново издаюшегося собрания сочинений, почему в магазине всегда есть какая-то середина, как правило, с самым популярным содержанием, а всего остального в магазине не было и не планируется?
*
В Москве жить как не хотела, так и не хочу: шумно и громоздко, и турнекеты дурацкие.
В поезде было счастье - ибо поезд вез домооой. А дома можно было снять каблуки, джинсы и лифчик. И еще есть домашнюю еду. И кота гладить.
*
- Свинья он. Боров.
*
- Верь мне. Слушай меня.
*
Дома быть прекрасно.
*
- А ты чего в очках? - самый гениальный вопрос, который мне вчера задавал каждый второй, причин-то носить очки милльон, не меньше.
*
В ходе репетиции родился чудесный лозунг для какой-нибудь оптики. Я привыкала к очкам и говорила Томе, что, оказывается, мир без очком какой-то расплывчатый и, как выяснилось, номера-то у машин не грязные, а цифры на часах не такие уж и мелкие, и наконец-то видно, какие у людей лица. А где-то на сцене Сережа цитировал Гамлета и Бахтина, говорил сначала, что мир распался и что его нужно соединить на новой материальной основе.
- В очках все так четко..
- Мир соединился. :)
- Да! Если распался мир, то просто одень очки! Даже нет: надоело играть в Гамлета - одень очки!
*
У нас был просто великолепнейший день Русина и чудесной послерусиние. Все, кто не был, свиньи и нехорошие. Мы - молодцы и умнички. Фото с праздника требую.
*
Мы начали постмодернизмом, Гумбольдтом-Юнгом-Фрейдом, Сартром и закончили Домом-2.
*
Пришла домой, упала на диван с чувством, будто у меня все части тела где-то как-то отдельно и соединить их невозможно, пошевелить не могла. Проспала до 12, и то - мама разбудила. Уроки летят к чертям, потому что сил по-прежнему нет.
Ах, да, смутно помню, что я из себя вчера представляла, но теразает какое-то смутное ощущение, что вела я себя, как дура.

Уеду, приеду, отрусиним, еще с одним докладом отстреляюсь, потом впредь умнее буду, сессию сдам, будет мне счастье, будет мне отдых. Кота только жалко оставлять на 4 дня, больше даже немного.
Ну ладно. Все нормально будет.
Все мне быстро пожелали удачи. Я вам тоже ее желаю.

ps какая я зайка, даже ни одной инвективной лексемы, а так хотелось. Всех люблю.

- Не люблю, когда меня хвалят почем зря, когда хвалят за то, за что, я считаю, меня не надо хвалить.
- А я люблю, когда меня хвалят, потому что меня редко хвалят, вообще почти нет.
- Ты зааечка *ласково и искренне*
- Ты всех так называешь *с обидой в голосе*

Ну вот и приехали. Зайка, заечка стало чем-то, что смешивает всех в одну кучу и тем самым может задеть, и только я знаю, когда и в каком смысле я называю так человека. Все фигня, надо просто бросать эту дурную привычку. Впрочем, в последнее время по имени - но непременно с уменьшительно-ласкательными суффиксами. Уф.

Евпатий Коловратий.

5-й день уже. И все тошнит, тошнит, тошнит. Брр, надоело.

Взядыхаю. Мне кажется, это немножко пустота, когда ни-ка-кой нежности в груди. Любить кого-то вроде родителей, нескольких друзей, животных своих - это пожалуйста. Ни разу сочувствия, разве что нечто напоминающее жаление, ни разу нежности, никакого страха. Мне все равно. Ужас какой-то.
Поговорить хочется, но никто со мной не говорит.

Someone (22:15:15 23/11/2009)
хорош уже ко всем придираться. Живут и живут люди, как хотят.Они могут думать, что ты ненормальная, а не они

Lutchique (22:15:38 23/11/2009)
а я не говорю, что они ненормальные.

Борис Виан "Сердцедер", "Я приду плюнуть на ваши могилы". Странное, странное, очень странное. Сначала я читала это историю про белого негра, я купилась на название, не знаю, чего я ждала, но чего-то более рассуждающего, построенного на логике и умозаключениях, с выводами и выпадами? Не знаю, но не постоянного животного "перетраха", что впрочем не говорит от бесцельности книги, но как-то не эффектно, и в то же время полное непонимание противоборствующих сторон, и полное обессмысливание мести героя его слишком животным концом. Странное. "Сердцедер" притягателен. Не менее странен. Он жуткий, местами мерзкий в человеческой жестокости и отвратительности, почему не перестают описывать в книгах гадости и почему не перестают читать? Грустно, или все как должно быть? Когда идешь к концу книги твердоубежденный в единственно верном выводе о, как вдруг тебе дается другая точка зрения, такая, того мальчика, какую невозможно оспаривать. И все-таки ощущение чего-то неправильного, жуткого в этой простоте. Не знаю, не знаю, не знаю.


UPD: и что еще, соврешенно не чувствуется автор, как будто хитрит.

Я сам себе злобный дурак.

Как-то подзаебали меня люди со своей любовью находить даже несуществующий повод к сплетням и дурацким мыслям. Т.е. мне почти всегда все равно, просто когда слишком часто в мою сторону летят намеки, я утомляюсь. А люди, будь они прокляты, еще пытаются понять логику твоих действий, тобой не совершенных, хотя они думают иначе, и дать тебе совет, вообще любят они влезать в чужую жизнь. Даже если меня тянет на что-то вроде посплетничать, человек никогда не узнает о моих дурацких о нем догадках, ибо они тысячу раз могут быть неправильными. А эти еще и осуждают невесть за что. Бесят.

Одногруппники по несколько раз на дню обиженно говорят: "Почему ты нас всегда посылаешь?", а хуле ж вам непонятно с первого раза?

"я люблю людей, я люблю, когда их нет". Тем более я чертовски устала, и мне так на них наплевать.

Как отвратителен даже самый прекрасный человек в своем падении, даже не падении, а опускании что ли. Да, по-прежнемы бывает подобен бог и говорит чудесные вещи. Но бывает так disgusting. :(

Из замечательного: "Шекспир вообще почти весь одинаков, особенно если вначале сказать, что мир неправилен".

the end.

Я снова все про себя знаю, снова слишком хорошо, так, что это могло бы быть скучным, но не скучно, оттого что это не грустно, не горько, а просто в противоречии с тем, что должно было бы быть, как думалось, что должно. Дело, как оказывается, не в фатализме, а в привычке, неискоренимой (почти романтической) привычке, воспринимать мир, ждать от него идеального хода событий, не в смысле бесприпятственного и безболезненного, а в смысле внутренней правды, которой должно быть одухотворено содержание романтической драмы. Все дело в том, что ожидаемое не сбывается, и какие бы уступки я себе не делала в плане нравственности и морали, что-то кажется (почти) безвозвратно потерянным, невозможным не столько к возвращению, но к возрождению. И получается какая-то слишком идеалистическая картина мира, из которой я каждый раз даю себе обещания вырасти, выйти за ее границы, и каждый раз возвращаюсь к тому, из чего, как к единственно истинному. Ведь что-то должно быть неизменно правильным среди всего прочего и проходящего. И это, возможно, забавно, когда нравственная жизненная позиция сочетается с фатализмом и тем, что плыву по течению, и с материальным миром, в разладе с которым, якобы, находится дух. Но жизнь-то происходит в материальном, которому вовсе даже не противостоишь, "могучий дух находится в разладе с пошлым миром". Да, это так здорово, скучно и забавно все про себя знать, ничего не менять или все же не мочь изменить, и жить насущными проблемами, всем и каждому доказывая, что только это мне интересно, и в этоми "только" вранье.
Сегодняшний день прожит вполне бездарно, в плане несделанности многих вещей нужных к сделанию. И нужно ли уточнять, что я только что посмотрела 4-ю серию.

Чем меньше людей, тем меньше хочется с ними общаться, т.е. не хочется даже, а тем тяжелее, потому что общение - это отдавание себе кому-то, а тут и так пусто. Или может все оттого, что отдавая, пусть и минимально, ничего не получаешь взамен, убывает и не прибывает. Не знаю. Но суть в том, что одиночество, может, и не безумно приятно, а в то же время, единственно возможная форма существования, та, в которой не надо прилагать усилий, не надо за кого-то переживать и волноваться, нести ответственность. Правильно или неправильно, но очень удобно. И ни-че-го не хочется.

Воистину "путем сострадания и страха совершает очищение подобных страстей", и что чувства страдания и страха приближают нас к добру. Я вот только сейчас поняла, почему люблю плакать над фильмами и книгами - дада, пресловутый катарсис. Потому что такие слезы чище, это не собственное страдание, не жалость к себе и рыдания, оттого что мне плохо, нет, это сострадание, сочувствие, искреннее, невольно происходящее, вчувствование, сопереживание другому, его чувствам. И все - настоящее.

Почему "Джен Эйр" показывают лишь по одной серии за раз? Хотя бы по две, а лучше все сразу.
Вдруг поняла, что это единственная история о любви, которую я знаю. Т.е., может, книжка и о другом, а не только о, но я и в детстве очень плакала и страдала за Джейн и мистера Рочестера, и сейчас за них же. А мистер Рочестер романтический герой, или не совсем, но все же, с какой-то подобной претензией. И Джейн очень красивая. Я больше не помню книг о любви, и фильмов; не то, что как у Фоера, или как-то еще, а где просто он и она, и пока они наконец-то воссоединятся, столько различных препятствий преодолеют и столько всего переживут.. Да, "мелодрама" стоит подзаголовком в программе передач, но какая чудесная.

Наткнулась в телевизоре на фильм "Джен Эйр", 1983 года, с Тимоти Далтоном и Зелой Кларк. И как-то это все так прекрасно сыграно, что вдруг почувствовалось все то же, как когда читала, давно. И эта тонкая Джейн, и властный мистер Рочестер, и на их лицах все бесконечность эмоций. Очень, очень, очень.

хочется быть фотографируемой.

"Whether 'tis nobler in the mind to suffer the slings and arrows of outrageous fortune or to take arms against a sea of troubles and by opposing end them?" - все крутится и крутится в голове, но не как вопрос, а как цитата скорее или не знаю еще что.
*
В туалете на обратной стороне двери, разными почерками:
"почему мне так грустно?"
"потому что ты, блять, эмо"
"почему мы пишем на туалетных дверях? форум получается"
"что все кинулись защищать животных? хочу шубку из шинщиллы"
"ты, наверное, сама шиншилла"
"не торопись покупать, мы тебе ее испортим"
*
"Материальным низом кверху проходит в группе семинар" (с) А.С.

Ну как, как можно быть таким бессердечным? Продавать больных зверушек, не кормить, не поить, не лечить, ругать наверняка за понос и рвоту, и мяуканье? Медленно и методично убивать животных? Не понимаю. Как можно ежедневно наблюдать чьи-то страдания, равнодушно и думая о деньгах?

(я) заплатить 150 рублей, чтобы посмотреть как зверь страдает. извращение какое-то. за подобным обычно в театр ходят..
(мама) испытала катарсис?
(я) ну да, путем сострадания и страха совершается очищение подобных страстей... не испытала.

Зашла в Фантастику, тут же поскользнулась на их дурацкой плитке и с грохотом упала носом в пол, пакетами и сумками в разные стороны. Встала, откуда-то подходит Анька:
- Так только ты можешь, если б ты не упала, я бы, наверное, и не узанала тебя.

Я чего? (с) У меня никак не получается и читать, и писать одновременно. "И я читал несколько книг, я знаю радость печатного слова", так вот, давно эту радость не испытывала, т.е. посмеялась над первой частью "Кто виноват?", а дальше почему-то не дочитала. Увы. Это парцеляция, кстати. Так, я о чем? (с) Надо как-то выбираться из этого дурацкого тупика ничегонеуспевания: я хочу читать, я хочу разобраться с текстом, мне надо написать работу. И ни черта не получается. Грустно. Начинаю разочаровываться в себе и видеть бесконечность недостатков и лени. А ничего не меняется. Увы.
P.S. А подруга учит греческий, постоянно что-то говорит на нем, рядом с ней чувствую себя варваром.

прихожу домой и сразу начинаю хотеть спать, вернее спааать, а можно даже капсом.
еще у меня в голове мифолого-культурологический сумбур, не привязывающийся никак к тексту.

в последнее время девушкам как-то очень полюбилось выкладывать фотографии своей голой спины, непременно согнутой, чтобы хребет торчал; и дальше сотни комментов из серии "ты тощая! - нет, я толстая!". брр. не красиво же.

будто иду куда-то, в какое-то неведомо-иное пространство /туда надо идти, чтоб спасти человека, но это здесь неважно/. иду в гору, по сухой, потрескавшейся, будто прожженной солнцем земле, впереди виднеется лес. дорога занимает все видимое пространство. у нее цвет оранжевый, и воздух оранжевым отсвечивает. и я чувствую, что еще несколько шагов, и я перейду в качественно-иное пространство. этот переход ощущается и по тому, что воздух стал плотнее, и чувства какими-то будто другими стали. этот мир - с другими законами, правилами, воздухом, физикой и прочим. неожиданно все становится еще оранжевее и лес загорается, огромными будто картинно-нарисованными клубами с неимоверной скоростью огонь приближается ко мне, он идет по дороге. и я убегаю, обратно, в ту сторону, откуда пришла. и вижу милый, каменный, слишком ухоженный домик, недалеко от границы между мирами, но по эту сторону (откуда я пришла), я его видела по пути туда. и понимаю, что единственная возможность убежать от пожара - спрятаться в дом. я забегаю туда с опаской, потому что дом чужой, подсознательно чуя, что это еще какой-то мир и что туда нельзя ворваться без приглашения, а еще думаю, насколько сильно огонь может повредить камень.
дом пуст и много лестниц. я сначала мечусь, как бы пытаясь спрятаться, то ли от огня, то ли еще от чего/кого. потом.. я живу в этом доме. это не просто дом, это мир, это целое отдельное пространство. я живу там обыкновенной жизнью, не очень лажу с девочкой - кажется, моей ровесницей, но более-менее с ее матерью и младшей сестрой. живу там как в семье, своей семье, но не совсем, а все же чужой, потому что что-то не так, что не родное в них. мы гуляем, ходим в магазины, на праздник города, - но все это пространства того дома, в который я забежала, это его мир. живу я там бесконечно долго, может, несколько лет. и вдруг, одним вечером, когда девочке, с которой мы вроде не очень ладили поначалу, становится плохо, мне жаль ее, я помогаю ей, успокаиваю, и вдруг понимаю, что этот мир стал моим домом, что это теперь родное мне, дом в значении - угол в голове, и что это пространство мое. и приходит понимание, что теперь я или навсегда могу остаться там или уйти, но если уйти, то сию же секунду и никогда не оглядываясь. потому что цель моего прибывания там исчерпана, высшее, чего можно было достигнуть, - ощутить этот мир родным, почувствовать его как свой и свое. и я ухожу. выхожу из дома и по дороге, по которой когда-то шла в сторону леса, возвращаюсь к себе домой.


_____________________________________________________________
мне крайне интересно, откуда чего берется ночью в моей голове? мне когда-то и не раз снилось, что я иду из своего пространства в другое, физически ощутимо другое, с другими правилами и законами. и это прибывание где-то до того момента, как не почувствуешь это домом, - тоже снилось. откуда? в этом есть какая-то архитипичность, мифологичность. я не знаю. но оно есть откуда-то. и слишком явственны эти ощущения во сне и по пробуждении. и я как-то внутренне согласна с тем, что снится, но я объяснить толком не могу, что это, как это.

печаль моя светла (с)
все хорошо, ровно и спокойно. какое-то странное чувство - и грустно, а все-таки радостно. чему радостно? я не знаю. "хорошо. нет, не весело. грустно хорошо".
и как-то даже дело не в том, что и как будет. а просто. улицы вот красивые, автобусы пустынные, места, где уже месяца два не хожу и не езжу, очереди в магазинах, лень неописуемая, спать хочется, музыка одна и та же... но хорошо. щемит как-то. но легко. обыкновенно и просто. я не знаю. уже так много слов и ни в одном правды. неописуемо. "неизъяснимо".

как-то шла мимо универских девочек, как всегда негодующе обсуждающих личную жизнь одной из, с извечным "она тра-та-та-какая-замечательная" и "а он тра-та-та-козел-какой", но "она-тра-та-та-его-любит", всплескиванием руками и "что же делать-то теперь?", и по кругу. ну, они и мне пересказали про "она" и "а он", спросив: "ты ж читаешь много, расскажи нам что-нибудь про это философское, из книг...". ну, я что-то пробормотала и ушла. но из книг мне, конечно, вспомнилось, - А. П. Чехов "Рассказ неизвестного человека". ( отрывки.читать )

туплю тупо тупясь в тупильник

- может, тебе собаку завести?
- нет, никогда.
- что так?
- собака требует тебя всего. а я не смогу отдать всю себя собаке. и мне будет стыдно.
- да, собака требует дружбы. а у меня и с обычными-то друзьями как-то не особо в отдавании себя.

*
вопрос "что делать?" нашел себя замечательный ответ - "делать ничего".

этот мужчина прекрасен :)

Иногда я считаю минуты, иногда окна, иногда остановки, и если на душе кошки, то просто налей им молока, почеши за ушком, и не забудь сойти во время, оставить тех, кого уже давно пора не бросить и не то, что в покое, а просто теперь ты выходишь, говоря на прощанье одними глазами про здравствуй и все хорошо и все вопросы, так молча, что и не слышно, но важно. И все, теперь у вас разные адреса, телефоны, люди и остановки. И хорошо, и почти не страшно.
(15.09)

- Будьте добры мне вот эти книги...
- А почему вы шепчете?
- У меня голоса нет :(
- А мы думали, воспитанная такая.

У Вики был недавно пост про опоздания,и вот подумалось,что я в своей жизни очень,ну просто очень опаздываю,но иду нарочито медленно,т.е.чтоб уж совсем не прийти,а не то что опоздать...нервничаю,конечно,но не спешу.

...даже не поговорить с собой, не воскликнуть: "alas!". Только жесты и кашель.

Переполняющее чувство свободы, легкости и оттого счастья невместимо ни в какие слова.

мозг просто отказывается работать, он как-то самопроизвольно отключается, и я не знаю, что я читаю, я не запоминаю ни единого слова, я не знаю, какая музыка играет в моем плеере и о чем она, мне очень сложно сообразить, чего от меня хотят на парах, и смс "зря я не прогуляла", я читаю, как "хорошо, что я пошла". от всего этого мне немножко пусто, а все ж валится из рук, не знаю, чем заняться.

 Someone (23:00:42 3/09/2009)
а то ты сейчас со стороны выглядешь как утопленник в море литведа

 Someone (23:01:10 3/09/2009)
как будто хватаешься за все подряд и пытаешься как-то выплыть

 Lutchique (23:01:23 3/09/2009)
зато! если я тону, значит я не гавно!

 

"Ну блиин... опять вместо 32 августа будет 1 сентября... Как не хочеться то..."

Благородный отец и простак Щипцов, высокий, плотный старик, славившийся не столько сценическими дарованиями, сколько своей необычайной физической силой, «вдрызг» поругался во время спектакля с антрепренером и в самый разгар руготни вдруг почувствовал, что у него в груди что-то оборвалось. Антрепренер Жуков обыкновенно в конце каждого горячего объяснения начинал истерически хохотать и падал в обморок, но Щипцов на сей раз не стал дожидаться такого конца и поспешил восвояси. Брань и ощущение разрыва в груди так взволновали его, что, уходя из театра, он забыл смыть с лица грим и только сорвал бороду. ( Read more.. )

все герои Чехова как будто разговаривают друг с другом, и все эти тексты - одна непреркащающаяся беседа, и в сущности не так отличаются споры Громова и Рагина, например, от споров фон Корена и Лаевского, или юриста и банкира в рассказе "Пари", или студента и инженера в "Огнях", и как будто во всем бесконечный вопрос выбора между Гамлетом и Дон Кихотом, только в несколько искаженной, вывернутой форме, вопрос между Гамлетом-гамлетиком-гамлетизированным_поросенком и Человеком, между быть и существовать, между верой и неверием, вопрос правильных поступков и как сделать так, чтобы все были счастливы, а нужно ли это счастье, и такое беспеременный мотив тумана, дороги, непонятного и оттого страшного, и все счастливые рассказы и счастливые концы кажутся сказкой, какой никогда не бывает, и "Цветы запоздалые" невообразимо чеховский рассказ, а пейзажи и описания у него всегда красивые и тонко-зыбкие, хрупкие, но никуда не пропадающие, как неожиданно-прекрасно возникнувшее в "Даме с собачкой", и, может, от невозможности выбраться и решить бесконечность театров и нескончаемая игра, игра, и застрелиться или жениться назло всем, или застрелиться от пошлости, когда все смеются и играют, а ты мальчик-подросток, у тебя светлые мечты и немного гормоны, тебе страшно, а над тобой смеются и ты никак не понимаешь этого "высшего" общества, но зато, застрелившись, ты, кажется, видишь отца. это один бесконечный, огромный текст, это одна дорога, петляющая, разветвляющаяся и вновь соединяющаяся, это одни и те же люди, и один и тот же вопрос в голове каждого, это "каверзный ответ" и "чтобы ответить, нужно правильно задать вопрос", и во всем этом блуждаешь, бродишь, ищешь, споришь.

вдруг это странное ощущение одного, единого текста. и в то время, пока ты читаешь споры отдельных героев, начинаешь философствовать с ними вместе, теряя литературное и ударяясь в кухонно-философствующее. странно, необъяснимое и такое сложное.

"...Литературоведение (...знание одной из форм искусства) в понимании Бахтина не только уже, но и шире, чем, скажем, - "теория текста" или - "философия"... Познание любого текста (делового и личного; устного и письменного) - есть познание его как текста потенциально литературного, то есть включающего в себя, в свою конструкцию и "предполагаемый вопрос", и "ответный текст", и "возможный контекст", и "идею автора"...
Только достроив некий нейтральный текст до текста воображаемого художественного произведения с героями и авторами (общающимися друг с другом), исследователь становится действительно гуманитарием. Это, кстати, означает, что гуманитарий - тогда гуманитарий, когда он не только исследователь (текстолог), но и художник, писатель... По идее Бахтина живопись и музыка, архитектура и скульптура (продолжим список - философия и наука...) могут быть поняты как свидетельство жизни человеческого духа лишь тогда, когда они доведены до формы "художественной речи", до "литературы", когда мы, неудовлетворенные идеей текста..., "дополняем" эту идею до идеи художественного (-литературного) произведения...
Литература - для Бахтина - это не одна из разновидностей искусства, но суть (точнее - смысл) искусства как человеческой деятельности. Человек там, где речь; речь там, где диалог; диалог - там, где литература".
В.С. Библер

хорошо играть красивую роль в красивом фильме.

я думаю о (не)последовательность и случайности событий, об их непредугадываеомсти и (никогда)непредположимости, но (пред)чувствовании, о какой-то странности во всем. каждый, каждый раз, когда я вспоминаю, как это было ("хорошо, пусть он будет первым. только, пожалуйста, не называйте следующую главу "как это было"!"), я думаю о самой невероятности этого и о том, что все-таки это произошло. как-то магически. непонятно. и я теряюсь в этом.